На долю секунды Сандерс поверил, что всё ещё можно исправить. Слова зеленоглазого мужчины звучали так успокаивающе-убедительно. Казалось, он может решить их проблему, Диору только надо отдать пистолет. Но он не собирался этого делать. Вампир начал приобретать такой вид, как будто у него есть свой верный план. Дин не мог сопротивляться его воле, пусть будет так, как решит Ди. Даже если просто убьёт, блондин уже смирился с этой мыслью и если бы им не помешали, то всё уже было бы сделано.
Он уже ничему не удивлялся, просто послушно делал то, что говорил Диор - проглотил влитую в рот кровь вампира, сам не зная зачем. Он хотел попрощаться, но не успел. В сознании ещё долго гулко звучали слова "мы ещё встретимся", но это никак не увязывалось со звуком выстрела и резкой болью, растекающейся от груди по всему телу.

Парень остался в живом сознании, но не знал, что его сердце уже не бьётся. Всё внимание сосредоточилось на боли, которая постепенно поражала тело, как неведомый вирус, растекаясь ядом, завладевая каждой клеткой организма. Это было нестерпимо, но неотвратимо. Пока не осталось ни одной живой клетки. И всё равно, осознания смерти на уровне понимания не наступало, потому что мозг продолжал жить в уже мёртвом теле, а на уровне ощущений связь с телесной оболочкой была утеряна, его как будто больше не существовало. Но и боли больше не было. Время текло несоизмеримо, Дин не понимал, сколько находится в таком состоянии.

Потом всё началось с мелкого покалывания в голове и в пальцах рук и ног. Волны от них, похожие на электрические разряды, устремились к центру с пяти сторон и встретились в том месте, где находится сердце, действуя как дифибриллятор - заводя мотор блондина заново. В этот момент он резко вдохнул и открыл глаза, инстинктивно приложив руки к ране в районе сердца, ладони окрасились в кровавый, и когда Дин увидел это, в его глазах возник вопрос - почему он всё ещё жив?

Они все находились в незнакомом доме. Диор и тот мужчина стояли рядом с диваном, на котором лежал Сандерс. На лицах этих двоих застыло выражение паники, как будто они увидели перед собой какое-то неведомое чудовище. Дин резко поднялся, отчего в голове помутилось и потемнело в глазах - Что со мной... - пробормотал он - я не умер? - А это уже было адресовано Диору. На парня с новой силой накатил страх, что он всё ещё здесь, в этом мире, где Джонсон может найти его и тогда... что будет тогда? Этот страх был сильнее страха смерти. Потому что опасность угрожала и Диору. Постепенно в голове всплывали воспоминания последних секунд, до того, как он отключился. Блондин отчётливо вспомнил выстрел и снова воззрился с вопросом на вампира - Что ты со мной сделал?

О ценности собственной жизни Дин никогда не задумывался всерьёз, в этом он был слишком легкомысленным, а когда узнал и распробовал дурманящий вкус риска, ощутил в полной мере адреналиновое опьянение в те моменты, когда его жизнь была под реальной угрозой - это стало наркотиком для него, он никогда не боялся умереть и никогда не задумывался, что Ди может дать ему совершенно противоположное - бессмертие. Но блондину было нужно другое, пока он наконец не нашёл это в лице Джонсона. И вот тогда появился страх. Но опять же не за собственную жизнь, а за все те страшные вещи, которые Стивен мог сотворить с ним или с теми, кто дорог Дину. Именно поэтому со своей жизнью Сандерс был готов распрощаться без сожалений и сделал это, жалея лишь о том, что этим причиняет боль Диору.

А теперь, получив подтверждение своим догадкам, блондин понял, что всё изменилось. Изменилось настолько, что он не мог осмыслить этого и не мог понять, что это значит для него. Что это значит для них с Диором и что это будет значить для Джонсона, когда тот узнает. Сандерс находился в шоковом состоянии, не веря в произошедшее. И чувствуя жуткий голод. Рассудок Дина отказывался осознавать, что теперь ему нужна кровь, поэтому на ум приходили образы еды, огромные порции, которые хотелось немедленно поглотить. Диор смотрел на него так сочувственно, но ведь именно он обрёк его на это... И когда брюнет наклонился, чтобы обнять, Дин яростно ударил его в грудь - Нет! Не трогай меня... - Блондин ощущал переполняющую агрессию и объектом для неё стал именно Диор, оказавшийся рядом. Второго человека в комнате Дин полностью игнорировал сейчас. Сандерс обхватил себя руками, сильно сжимая пальцами предплечья, как будто мог так защититься от окружающей реальности. Он выглядел лихорадочно нездоровым, а алеющий цвет глаз новообращённого казался особенно жутким на бледном лице. - Нет... я не хочу... - слова перешли во всхлипы, теперь парень чувствовал жуткий страх, его штормило эмоциями, глаза наполнились слезами отчаяния - я не хочу жить... - это он отчётливо помнил, решение покончить с жизнью засело слишком глубоко в подсознании и теперь не увязывалось с тем, что он всё ещё жив.

Дин вспомнил причины, приведшие к таким последствиям. Стивен. Парень коснулся пальцами своей шеи там, где было клеймо его принадлежности, но не ощутил его - тело вампира регенерировало и все шрамы на нём исчезли. Теперь Джонсон не сможет найти его? Дин начинал понимать замысел Ди, но всё равно не считал это правильным выходом, оставаясь живым блондин продолжает подвергать опасности близких, потому что его бывший владелец не успокоится так просто, пока не отомстит, в этом парень был уверен и снова чувствовал поглощающий страх. - Если он найдёт меня, то всё равно убьёт. Только сделает это мучительно больно. - Дин поднял блестящие от слёз глаза на Диора, пытаясь выразить взглядом всю степень своего отчаяния - зачем... - но он уже и сам прекрасно понял, почему вампир поступил так, Диор не мог убить его и очень хотел спасти, поэтому решил избавить от метки, думая, что так защитит его. А может и правда это сработает? - Ты думаешь это сработает? Он не найдёт меня? Не причинит вред тебе? - Мысли метались в голове, стремительно сменяя друг друга. На фоне обострённого восприятия соображать было мучительно сложно. - Прости меня... я понимаю, что ты хочешь помочь... я сам виноват, я это всё заслужил. - Глаза снова наполнились слезами и вот сейчас Дину очень хотелось, чтобы его обняли. И очень хотелось есть, что даже зубы чесались. Блондин резко поднялся и сам обнял Диора, крепко прижимаясь к нему. - Прости меня... - Стоящий чуть поодаль мужчина попал в поле зрения и Дин отчётливо услышал стук его сердца, моментально чувствуя как накатывает тошнотворное желание впиться зубами в этого незнакомца. Во рту стало тесно от удлинившихся клыков, а взгляд приобрёл хищное выражение. Ди не видел этого, а вот тот второй да. Но он совершенно не боялся и стоял спокойно, не собираясь убегать. Сандерс воспринял это как вызов, обострённые нервные окончания запульсировали в неистребимом желании добраться до крови, так бурно текущей в венах этого мужчины. Диор не мог ожидать этого, поэтому никак не помешал резкому движению новообращённого в сторону оборотня.

Жар внутри начал нарастать с огромной силой, казалось, что сердце превращается в раскалённую магму, подобно ядру земли. Это приносило невыносимую боль и только это смогло остановить резкий выпад новообращённого, потому что кровь незнакомца притягивала как самый мощный магнит, до неё хотелось добраться во что бы то ни стало. Дин подсознательно понимал, что исцелиться от этой муки можно лишь кровью, но в то же время, воплотить задуманное помешал ещё не завершившийся процесс в организме новорожденного вампира, который заставил его остановиться, пронизывая тело стрелой острой боли. Это позволило Диору успеть поймать его и повалить на пол, придавливая собственным телом.

Глаза напротив налились угрожающим алым, это привлекло внимание блондина, но он почти не слышал слов Ди, плохо соображал и не воспринимал смысл, улавливая лишь отголоски фраз где-то на периферии собственного сознания. Дин не понимал, почему вампир, обративший его, теперь не даёт ему сделать то, что они должны делать. Почему он защищает этого человека, обладающего такой вкусной кровью, этот вкус Сандерсу уже мерещился на кончике языка, вызывая неистребимый зуд в дёснах, клыки блондина заострились в готовности впиться в чужую шею. А Диор продолжал убедительно внушать обратное. Не по собственной воле, а лишь поддаваясь влиянию более сильного вампира, Дин почувствовал, что его алчное желание отступает, а сознание просветляется. И словно ответом на это стал совсем другой взгляд Ди, его голос зазвучал успокаивающе, утрачивая нотки угрозы, поцелуй отдался приятной волной, теперь Дин почувствовал нечто новое - обострённое восприятие ласки, которое моментально рождало в теле бурю желания, не менее яркого, чем чувство кровавого голода.

Слова Ди вливались в сознание и действовали гипнотически, Дин ощущал, что хочет именно этого всего, о чём говорил ему брюнет. Холодный душ и кофе, а потом кровь, которую ОН сам принесёт ему. Блондин облизал пересохшие губы. Диор приобретал в глазах Дина огромную значимость, сам того не зная - он устанавливал связь между собой и тем, кого обратил, и теперь нёс за него полную ответственность. Новообращённый вампир обладал неуправляемыми и неукротимыми желаниями, которые никто не смог бы сдержать, если бы он был брошен на произвол судьбы. Но Дину повезло - Диор, как его создатель, имел над ним власть и мог управлять его поведением.

Брюнет помог Сандерсу подняться, спрашивая у мужчины разрешения принять душ, после чего Дин послушно отправился в указанном направлении, уже не так резко реагируя на шум венозного потока в теле этого человека. Он должен действовать по плану, как и сказал Ди. а потом он получит свою дозу крови...

Никакой уверенности больше не было. Диор действовал на эмоциях и чувствах, полностью доверяясь инстинктам и интуиции. Они вели его слепо, но верно. Потому что когда вампир готов был сдаться, то увидел в глазах новообращенного трезвость и и некоторую осознанность. Несмотря на весь страх и голос, несмотря на все давящие ощущения - Дин доверился ему и обещал подождать.
Непомерная ответственность ощущалась с каждым несвободным вздохом. Так ощущают себя юные родители? Диору казалось, что он заделал ребёнка, не осознавая всей ответственности, а теперь вынужденного стал отцом и пути обратно нет. Жизнь точно не станет прежней. Уже никогда беззаботной и веселой.

Всё это угнетало. Плюс ко всему Морган заявил, что Убийство не проблема. Диор растерянно посмотрел на него, чувствуя внутренний укор, что не может так легко этого сделать. Но потом мужчина объяснил, что имел ввиду. Он готов был помочь ещё и с этим.
Диор не успел отблагодарить, как его зрачки протестующе округлились на следующее предложение. - Ты что.. - с осуждением проговорил. - Мы не можем закрыть его. Так станет только хуже. Ему нужна поддержка. Он должен доверять нам. - уверенно кивнул, представляя себя на месте Дина. Вообще парень силился вспомнить своё обращение. Оно тоже не было из лёгких.

- Когда отец обратил меня.. - начал вслух, сразу анализируя. - Первая моя кровь стала человечьей. Я сам добыл её. Не было выбора. - пожал плечами. - Но потом я предпочитал только её. Хитростями и гипнозом отпивал немного в клубе у людей, отшибая им память. Если.. дать Дину звериную кровь.. он будет всё время хотеть именно её? - Дюсали старался думать, как это работает. Ему не рассказывали, а он никогда не интересовался теорией. И теперь об этом жалел. - Животное тяжело испить, не ранив и не убив.. Нам нужен человек. - заключил с уверенностью и бросился в холодный пот. - Я знаю, как это сделать безопасно. И научу Дина. Но.. кого нам заманить сюда? - спросил у Генри и одновременно у себя.

Он перебрал мысленно всех знакомых, но ему было их жалко. Разве что.. Алекс идеально подходил на эту роль. Они встречались ранее и тот обиделся, увидев их с Дином. Но Дюсали решил, что если поработать с его сознанием, то тот отдаст себя за милую душу, даже Дину. Ди, ничего не объясняя, набрал его номер и в коротком диалоге пригласил на тусовку в загородном домике, предлагая начать всё сначала. Тот очень легко согласился, явно рассчитывая на продолжение и считая это одобрением от Диора.
- Сюда едет Алекс. - поставил в известность Генри и неловко улыбнулся, что всё так закручивается. Тем временем вернулся Дин, а брюнет спохватился готовить ему обещанный кофе. Старался сделать покрепче и вкуснее. Он поставил чашку перед своим вампиром и поцеловал в щеку. - Мне тоже нужно в душ. - решил, что неплохо было бы привести себя в порядок перед приездом Алекса. - Вас можно оставить двоих? - обратился скорее к Генри.