Как только на языке ощутился металлически вкус крови, не сравнимый ни с чем другим, Дин полностью поглотился процессом, в этот момент на первый план вышла его хищная сущность, лишённая рассудка. В такой ситуации у жертвы нет ни единого шанса выжить, потому что вампир не остановится, пока поток крови не иссякнет полностью. И только потом, возможно, он пожалеет о содеянном, ведь это будет убийство человека. Дин точно пожалел бы, потому что по своей натуре он не был способен на убийство, но соблазн тьмы не стоит недооценивать, в ней погрязают даже самые чистые сердца.

Сквозь кровавую пелену, застилающую разум новообращённого, вдруг начало пробиваться что-то извне. Вампир неохотно отвлёкся, понимая, что его лишают желанного. Но одновременно с этим он вскоре почувствовал, что и то другое, что отвлекало его, было не менее желанным. Укус плавно перетёк в пьянящий поцелуй, которому Сандерс отдался так же безрассудно, как и до этого он тонул в потоке крови - он не хотел прерывать его, поэтому когда его губы оказались на свободе, он непонимающе распахнул глаза, встречаясь взглядом с омутом чёрных глаз своего любимого. Что ты сейчас чувствуешь? Голод.. всепоглощающий голод, смешанный из жажды крови и невыносимого желания отдаться ЕМУ. От этого переполняющего желания парень чуть ли не терял сознание, ему казалось, если сейчас он не получит всё это, или хотя бы что-то одно - он просто умрёт, не вынеся эту мучительную жажду. Глаза блондина не были похожи на его прошлые - наполненные свежей и чистой океанской синевой, сейчас они были залиты красным до самых краёв. Взгляд был требовательным и непоколебимым, он не примет отказа сейчас. Дин снова капризно потянулся к губам Диора, обвивая его руками, как ядовитый плющ, из этих объятий было бы сложно высвободиться - возьми меня - скользнуло по губам Дюсали, прежде, чем блондин присосался теперь к нему, как пиявка.

Сандерса совершенно не интересовало, где они находятся и кто рядом с ними. Его не интересовала судьба того парня, который чудом избежал своей участи стать первой жертвой новообращённого вампира, хотя вкус его крови он теперь никогда не забудет, первая кровь самая особенная, но вот в ком она была, значения не имеет.

Смотря в зрачки, залитые алым, Диор испытал тянущееся чувство потери. Оно было очень сильным, поражало до глубины сердца тоской и чувством необратимости. Эти глаза больше никогда не будут такими же кристально чистыми и голубыми, как были раньше. Даже в обычном состоянии вампира Дин уже никогда не будет прежним. Ди не перестанет любить его, но того Сандерса.. он потерял по своей вине. В голове промелькнула вспышками вся их история. Пока Дин требовательно целовал его, Дюсали не сопротивлялся, утопая в чувстве вины. Они могли закончить совершенно иначе. У них могло быть совсем другое продолжение. Ди допустил слишком много роковых ошибок. Недостаточно вернуть прошлое и просто исправить какую-то одну..

Дин просил взять его, но сознательно ли? Диор не был уверен, что.. у него есть те же тёплые чувства к созданию, которое он создал. Он покровительствовал его, но скорее родительски и в желании не создавать тех травм, которые пережил сам. А сможет ли он.. всё так же интимно воспринимать Сандерса? Этот страх мелькнул слишком быстро, на подкорке. А дальше Диор мгновенно перенял инициативу, заставляя себя отключиться. Он отрезал все рычаги реальности и восприятия. Позволил себе забыть про события, про окружение, про Генри и про сильный голод. Его хватит на то, чтобы дать Дину требуемое. Хватит на то, что забвенно взять желаемое.
Он немного оторвался от поцелуя, тихо рыча блондину в губы, устанавливая свои права на доминацию и не позволяя ему больше управлять.

Брюнет уложил Дина на диван, приваливая своим весом и продолжая целовать с большей глубиной и страстью, вкладывая в этот поцелуй жёсткое обещание и предвкушение. Он знал, как нравится его Сандерсу. Едва ли что-то изменилось. Учитывая регенерацию, чуть позже он может даже распробовать процесс и ещё больше уйти в мазохизм. Но сегодня не об этом. Сегодня о чистых животных инстинктах. Рубашка уже слезла с плечей парня, Диор постепенно и грубо расстёгивал её, но не рвал. Он прошёлся короткими поцелуями по шее новообращённого, прикусывая ту слегка и намекая, что он хоть и обладал новой властью, всё равно над ним найдётся главный.
Дюсали избавился и от своей верхней одежде, откидывая ту на пол, затем расстегнул ширинку и выдохнул с томным нетерпением. В нём нарастало буйство и хотелось оторваться хотя бы так. Он прихватил блондина за шею, толкая к себе ближе, к груди, вынуждая его высунуть свой язычок и поработать им. Сначала по коже, возле груди и сосков, а затем смещая его ниже. Одной рукой Ди спустил нижнюю одежду, всю остальную работу оставляя своему вампирчику. Он отдал ему безсловесный приказ. Пусть Дин покажет, как сильно хочет этого.. Руки безколебимо удерживали его под натиском, не особо давая разогнуться или поменять позицию.